Граф де Мариньи со своей женой леди Нэнси де Мариньи. Очень хорошая фотография, позволяющая получить представление о физических кондициях графа. Обратите внимание на кисти рук графа и его худобу. Быть может, такими руками можно управлять яхтой, помешивать сливки в кофе или поправлять очки на носу, но вот поднять с земли мешок с мукой или сахаром — это задачка на грани фантастики. А уж перенести и уложить в кровать тело такого человека, как сэр Гарри — вообще за гранью.

Представление, устроенное капитанами Мелченом и Баркером в спальне леди Юнис, имело одно очень серьёзное последствие, важность которого в те минуты и часы никто не мог представить даже приблизительно. Если леди Юнис безоговорочно поверила всему, что увидела и услышала в исполнении капитанов полиции Майами, то дочь её проявила куда больше осторожности и здравомыслия. Во-первых, юная леди не могла поверить в то, что её муж в одиночку справился с её отцом, который хотя и являлся пожилым человеком, имел весьма неплохие физические кондиции и по своему складу был настоящим бойцом, а потому реконструкция его убийства американскими полицейскими выглядела совершенно недостоверной. Во-вторых, граф де Мариньи не имел ни единого разумного мотива убивать тестя, поскольку завещание баронета уже было изменено, и Альфред это прекрасно знал. Ну, какой смысл убивать тестя и делать это столь дико и с немалым риском для собственного здоровья?!

В те самые часы 12 июля леди Нэнси, тщательно обдумав ситуацию, в которой оказался её муж, да и она сама, приняла решение привлечь к делу опытного частного детектива. Независимое расследование, проведённое опытным и известным сыщиком, должно было помешать герцогу Виндзорскому осуществить расправу над графом де Мариньи. А в том, что губернатор задумал именно расправу над ироничным и весёлым графом, леди Нэнси не сомневалась.

Однако на пути молодой женщины имелись препятствия, и притом значительные. У неё не было на руках сколько-нибудь заметных денежных сумм, не было связей, нужного опыта, вся её предшествующая гламурная жизнь дочери миллионера была слишком далека от реальных жизненных конфликтов. Леди Нэнси не понимала, как приступить к решению задуманного, но при этом чётко сознавала, что действовать надлежит в полной тайне от матери, по крайней мере на первых порах.

Для начала леди Нэнси связалась с доктором Полом Залем (Paul A. Zahl), который лечил её по возвращении из Мексики в прошлом году и которому она доверяла. Мы не ошибёмся сильно, сказав, что в душе этого человека присутствовала хорошо выраженная авантюрная жилка. Он действительно являлся врачом и даже преподавал в Юнион-колледже (Union College) в Нью-Йорке, однако прославился Заль совсем не этим. Летом 1939 года доктор принял участие в экспедиции в Южную Америку, по возвращении из которой рассказал американским журналистам об обнаружении в районе плато Рорайма «затерянного мира», напоминающего тот, что был описан в одноимённом романе Конан Дойла. В частности, Заль живописал водопады «в десять раз выше Ниагарского» и чудовищных муравьёв, длина тела которых превышала 2 дюйма (5 см). Помимо рассказов о необыкновенной природе, Пол Заль огорошил восторженных слушателей баснями о местных жителях, никогда не видевших белого человека и полностью отрезанных от цивилизации. Впоследствии россказни Заля были оспорены как сильно преувеличенные, что, однако, не помешало доктору получить свои «пять минут славы».

Леди Нэнси обратилась за содействием к Залю, и тот без колебаний согласился ей помочь. Доктор связался с частным детективом Рэймондом Шиндлером (Raymond C. Schindler), обрисовал тому ситуацию, в которой находится леди Нэнси, объяснил, что о выплате сколько-нибудь значительного гонорара на данном этапе не может быть и речи, после чего поинтересовался: может ли детектив принять на себя защиту интересов дочери убитого баронета? Рэймонд думал недолго — в его душе тоже имелась сильно выраженная авантюрная жилка, а потому в любом интересном деле деньги для него были вторичны.

Рэймонд родился в 1883 году, то есть к интересующему нас времени он был уже совсем не молод [60 лет!]. Свою трудовую деятельность он начал в качестве продавца пишущих машинок, что быстро ему опостылело, а потому неудивительно, что он подался в Северную Калифорнию копать золото. В самом начале XX столетия Шиндлер на протяжении пяти лет руководил артелью, добывавшей золото шахтным способом в округе Тринити, что, кстати, многое говорит о дарованиях молодого мужчины. Чтобы управляться с группой золотодобытчиков, следовало иметь не столько познания в геологии, сколько здравый смысл, физическую силу и немалую отвагу. Там и тогда было немало лихих людей, и важно было уметь находить с ними общий язык. В конце концов, так и не разбогатев добычей золота, Шиндлер бросил это бесперспективное занятие и направился в город Сан-Франциско, куда прибыл 19 апреля 1906 года, на следующий день после ужасающего землетрясения, уничтожившего 4/5 городской застройки. Не зная, куда податься и чем заняться, Рэймонд устроился в частное детективное агентство Уилльяма Барнса.

Последний являлся человеком совершенно бессовестным и лицемерным. Тот, кто читал мой очерк «1913 год. Убийство на карандашной фабрике»[11], наверняка припомнит данные там характеристики как самому Барнсу, так и его сыновьям, а также описание присущей этой фирме манеры ведения дел. Прямо скажем, это были «грязные» и подлые детективы, не гнушавшиеся самыми отвратительными приёмами ведения расследований — они похищали людей и даже детей, избивали подозреваемых, имитировали расстрелы, фабриковали улики, организовывали «подставных» свидетелей и дискредитировали свидетелей настоящих, а самое главное — всегда и во всём выступали на стороне власть имущих, не обременяя себя нравственно-этическими ограничениями.

Однако в агентстве Барнса были сильные детективы и работали они результативно, а потому неудивительно, что эта организация на протяжении многих лет считалась самым серьёзным конкурентом детективного агентства Пинкертона. Следует объективно признать — Шиндлер прошёл очень даже неплохую школу оперативной работы. На протяжении ряда лет он специализировался на разоблачении страховых мошенничеств и в данной специализации, что называется, «набил руку». К 1910 году Рэймонд обратил на себя внимание руководителя компании, и Уилльям Барнс назначил его главой нью-йоркского отделения с правом создавать филиалы детективного агентства на востоке страны.

Рэймонд Шиндлер (фотография сделана в ноябре 1943 года). Рядом с частным детективом стоит американский писатель-детективщик Эрл Стэнли Гарднер.

Шиндлер перебрался в Нью-Йорк и очень скоро показал себя с лучшей стороны. В течение двух последующих лет Рэймонд открыл три филиала агентства Барнса. Одновременно с этим он наработал ценные связи как в рядах полиции, так и среди потенциальных клиентов, прежде всего банкиров и предпринимателей. Очень скоро он задумался над вполне здравым вопросом: зачем работать на Уилльяма Барнса и отдавать тому львиную долю выручки, если можно работать на самого себя и забирать всё?

В 1912 году Рэймонд покинул